aif.ru counter
1850

Понять, спросить. Тюремный психолог о чужих ожиданиях и собственных страхах

«Елена Алексеевна, спасибо вам, у меня все хорошо», – примерно такие сообщения оставляют на личных страничкых в соцсетях жительницы Смоленской области Елены Шишко ее бывшие подопечные – осужденные колонии общего режима, где Елена трудится начальником психологической лаборатории.

«У каждого из нас - своя миссия, - говорит Елена. - Моя, видимо, в том, чтобы помочь людям, обратившимся за советом. Возможно для кого-то это - шанс вернуться к нормальной жизни».

От неприятия до жалости

Поступать учиться на психолога Елена решила сразу после школы - почти 30 лет назад. Говорит, просто захотелось, и все. Это сегодня штатные психологи и комнаты психологической разгрузки есть едва ли не в каждом крупном учреждении, а в советское время специальность была не такой модной и престижной. После окончания Института психологии и педагогики при МГУ, молодого специалиста приняли в колонию №3 в Сафоновском районе Смоленской области. Предубеждений относительно места работы не было - супруг Елены сам трудился в системе УФСИН врачом-психиатром. Он жену поддержал, а вот родители отнеслись к выбору дочери не слишком одобрительно, даже настороженно.

«Мама до сих пор переживает. Неосторожно оброненное слово о том, какие люди здесь встречаются, и она вновь проявляет свое беспокойство за меня. Мамы всегда остаются мамами», - говорит Елена.

Елена Алексеевна до мельчайших деталей запомнила свой первый рабочий день.

«Я увидела толпу людей в черных робах, пришедших на построение, - вспоминает женщина. - Как с ними заговорить, спрашивала я себя, ведь это же преступники. Из этой толпы, как мне тогда казалось, невозможно вычленить кого-то конкретного индивида, личность. И только потом, когда началось общение с осужденными, я поняла, что это вовсе не «черная масса», а люди со своими взглядами на жизнь, мыслями, устремлениями, метаниями. Такие же люди, как мы с вами».

В основном, рассказывает психолог, осужденных беспокоят те же проблемы, что и людей на воле: взаимоотношения в семье, с детьми, родителями.

Психологи консультирует и сотрудников колонии. Фото: Пресс-служба УФСИН России по Смоленской области

«Чего они хотят от жизни? Я часто задаю им этот вопрос. Многие делятся: чтобы близкие были здоровы, чтобы в семье были достаток и благополучие. Кто-то говорит прямо: прожить бы денек на свободе, но на полную катушку, наслаждаясь деньгами, красивыми женщинами, успехом. Есть и те, кто ищет Бога и хочет быть ближе к нему», - поясняет психолог.

Елена Шишко признается, что, пропуская через себя чужие откровения, порой она испытывает чувство жалости к собеседнику.

«Жалко оттого, что в XXI веке встречаются взрослые люди, которые не умеют читать. Жалко, когда встречаешь человека, осужденного за кражу буханки хлеба. Нет, с точки зрения закона все логично и понятно, а вот с человеческой - подчас понять трудно», - говорит Елена Алексеевна.

Время на «перезагрузку»

Если говорить о реальных историях, то был, среди тех, кто приходил на прием к психологу Шишко, молодой мужчина, приговоренный к сроку за причинение тяжких телесных повреждений. Он жил в Москве, имел свой бизнес, семью. Был типичным представителем так называемого среднего класса, пока в один момент все не поменялось. Трагедия произошла на годовщину супружеской жизни, когда они с женой отправились с ресторан. Сидевший рядом пьяный посетитель стал отпускать скабрезные замечания в адрес женщины, муж не выдержал, ударил обидчика и, видимо, не рассчитал силы – нанес мужчине серьезные травмы.

Он очень переживал по поводу случившегося, не мог смириться и понять, что сделал неправильно: ведь, с одной стороны, он поступил как настоящий мужчина – вступился за жену, а с другой – как преступник – нарушил закон.

Или другая история, которую не может забыть Елена Алексеевна. 18-летнего юношу осудили за то, что он воровал еду, не для себя – для матери и сестер.

Елена уверена, что в тюрьме люди вынуждены сбрасывать маски, которые носят в обычной жизни. Фото: АиФ/ Елена Хлиманова

«Печально, что в свои годы молодой человек не нашел другого выхода, кроме как добыть деньги нечестным способом. Такие повороты судьбы не могут не трогать, а люди, попавшие под ее молох, пытаются сами или с помощью психолога, осознать: почему я здесь? Для чего? Я отвечаю им – ничто в жизни не происходит случайно. Если человек попадает в тюрьму, значит, для чего-то ему это надо, что-то он сделал не так, неправильно. И это время дается на то, чтобы подумать, переосмыслить, в какой-то степени пройти «перезагрузку», - говорит Шишко.

В начале работы молодому психологу более опытные коллеги давали советы. И главный из них, который очень пригодился Елене в профессиональной деятельности - быть искренней в любой ситуации. И даже если поступок, совершенный собеседником, неприятен, открыто ему об этом сказать.

«Как-то ко мне на прием записался мужчина, отбывающий наказание за растление малолетних, - вспоминает Елена. - От его действий пострадали две маленькие девочки. А у меня на тот момент дочка была примерно такого же возраста. Я его заочно буквально ненавидела, постоянно переносила встречи – не могла себе представить, как я смогу с ним находиться рядом и тем более разговаривать. Но с другой стороны – есть же профессиональная этика, и если человек обратился – ты должен ему помочь. И вот, тогда более опытные коллеги подсказали мне, что делать. Совет был такой: озвучить свое отношение к совершенному им преступлению мужчине прямо в глаза, и объяснить свою неприязнь. Я так и сделала, сказав осужденному, что готова работать с ним, если он, зная мою позицию, все еще хочет работать со мной. Он остался, и какое-то время ко мне ходил. Но потом перешел к другому психологу».

Кукловоды за решеткой

Теперь уже Елена Шишко сама дает советы молодым и начинающим. Предупреждая, что осужденные сами бывают неплохими психологами и могут пытаться воспользоваться добрым расположением специалиста. «Когда человек находится в закрытом пространстве, особенно длительное время, ему надо как-то приспосабливаться к ситуации, у него обостряются все чувства, и он начинает видеть людей насквозь, - объясняет Елена Алексеевна. – Осужденные ищут слабые места собеседника, и делают попытки им манипулировать, заискивать. Могут отпускать в его адрес комплименты, попытаться войти в доверие, и даже спровоцировать на неожиданные поступки. Поэтому для неопытного сотрудника, только-только поступившего на службу, очень сложно бывает не попасться на эту уловку. Были и в моей практике моменты, когда, кажется, что человек перед тобой открылся, а впоследствии оказывалось, что он был неискренен».

Такое, кстати, случается в тюрьме не только с психологами. Елена Шишко приводит пример: на территории колонии нередко заключаются браки: как и положено - торжественно, с клятвами в «вечной любви» и обменом кольцами. Но, к сожалению любовные истории не всегда заканчиваются хэппи-эндом. Счастливых семей - единицы.

Работа с подростками в СИЗО. Фото: Пресс-служба УФСИН России по Смоленской области

«Для некоторых женихов регистрация брака - всего лишь возможность получения дополнительных посылок и разрешенных свиданий, - предупреждает Елена. - Поэтому потенциальным невестам надо быть осторожными и доверяться без оглядки. Я понимаю, что в нашей стране мужчин не так много, а внимательных и чутких - и того меньше. Но эти письма из колонии, из-за которых женщины подчас и теряют головы, пишутся, бывает, всем отрядом, и ответные послания также не бывают тайной для всех. Как понять женщине, что ее используют? Ее должно насторожить, если возлюбленный едва ли не с начала знакомства предоставляет список пожеланий и обозначает, что привозить на свидание. И не торопиться вступать в отношения. В письмах все добрые, нежные и ласковые, а надо поговорить с человеком вживую, заглянуть собеседнику в глаза».

Шоковая терапия

Такие взгляды могут предостеречь и оказаться судьбоносными для тех, на кого они обращены. И таких примеров тоже в практике Елены Алексеевны достаточно. Несколько лет назад детская комната полиции вышла с инициативой привести в колонию №3 пятерых ребят, в отношении которых решался вопрос об их определении в воспитательную колонию. И для них это, возможно, был последний шанс понять, что они выбрали не тот путь. Подростки увидели быт колонии, пообщались с осужденными.

«Я специально узнавала потом итоги этого эксперимента, - продолжает Елена. - Для четверых увиденное стало настоящим шоком, и они действительно исправились. И только один мальчик попал в итоге колонию. Да, такая шоковая терапия действенна, но показана далеко не всем. И, на мой взгляд, ее стоит применять лишь в крайних случаях».

Услышать друг друга

Несмотря на то, что Елена работает психологом в колонии, к ней за психологической помощью обращаются и обычные люди - друзья, знакомые. И она старается не отказывать, считая психологов сродни скорой помощи, основная задача которой – выслушать собеседника.

«Согласитесь, сегодня мы друг друга практически не слышим и не слушаем, предпочитая общаться в социальных сетях. Там мы, надев маску, пытаемся быть кем-то другим, не собой. А вот тюрьма - это то место, где нельзя жить в маске. Здесь все на виду, поэтому если есть в человеке что-то хорошее, человеческое, оно обязательно проявится. В самом начале работы с осужденным я задаю ему главный вопрос: считает ли он себя виновным? Как только собеседник признается, что он виновен и осознает это, тогда и начинается та самая «перезагрузка», – утверждает Елена Шишко.

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах
Роскачество