aif.ru counter
09.05.2016 13:54
Олеся Томашова
1576

От войны до мечты. Ветеран о том, как он начал новую жизнь после ВОВ

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 18. Аргументы и Факты-Смоленск №18 04/05/2016
Как многие представители его поколения, Анатолий Стешин до самого донышка хлебнул горя, испытаний и страха.
Как многие представители его поколения, Анатолий Стешин до самого донышка хлебнул горя, испытаний и страха. © / Фото: Александр Губарев / АиФ

От редакции

Интервью с ветераном - казалось бы, не самый оригинальный материал ко Дню Победы. Таких текстов в разные годы и в разных изданиях написано, наверное, сотни. Но мы верим, что это - еще и самый нужный формат. Избитая фраза - ветеранов становится с каждым годом все меньше, но это так: сегодня на Смоленщине осталось всего чуть более тысячи участников той войны. Именно поэтому мы считаем важным дать слово тем, кто еще с нами, кто может сам рассказать о своей жизни и поделиться своими мыслями. 

Чем дальше время отделяет Все, пережитое войной, Тем злее память нас терзает Сердечной болью со слезой…

Корреспондент «АиФ-Смоленск» встретился с автором этого четверостишия, смолянином ветераном Великой Отечественной войны Анатолием Стешиным, в отделении для престарелых центра «Вишенки», где он сейчас живет. На нашу встречу бодрый, улыбчивый пожилой мужчина принес из своей комнатки самое дорогое и ценное, что у него есть, - медали, ордена и книгу «Солдатские фронтовые будни», изданную шесть лет назад. «Это ваша?» - интересуюсь я, беря в руки 100-страничный труд. Анатолий Григорьевич на секунду отвлекается от фотосъемки и рапортует: «Так точно!». Удивительно, но это «так точно» и военная выправка остались с ним до сих пор, хотя в апреле 2016 –го ветерану исполнилось 90. Несмотря на то, что юношеские планы перечеркнула война, он воплотил в жизнь свою мечту – почти в 50-летнем возрасте получил высшее образование в лучшем вузе стране - МГУ, а его публикации появились в районной газете. 

О юности, проведенной на фронте, о страхе, о шестом чувстве и о том, как начать новую жизнь после войны, Анатолий Стешин рассказал «АиФ-Смоленск»

Борьба со страхом

Олеся Томашова, «АиФ-Смоленск»: Анатолий Григорьевич, расскажите о себе: где родились, служили, как попали на фронт?

Анатолий Стешин: Родился в 1926 году в Кардымовском районе. Окончил  шесть классов. Призвали в армию в 17 лет, в 1943 году, - фронту нужны были свежие силы. Подготовку проходил в Кировской области. Уже перед самой отправкой на фронт мне пришло письмо, в котором сообщалось, что отец мой, Григорий Савельевич Стешин, погиб смертью храбрых в бою, в Черниговской области, в сентябре 1943 года. Такое вот начало службы получилось…

На третьем Белорусском фронте мне предстояло получить первые уроки войны. По ночам на нейтральном поле мы вели земляные работы, демонстрируя противнику, что готовимся обороняться и наступательных намерений у нас нет. Тактику поведения определил для себя такую: после того, как погаснет осветительная ракета, необходимо выждать в укрытии 5-10 секунд, не шевелясь, потому как в эту паузу вражеский пулеметчик обязательно прошивает пулеметной очередью подозрительный для него участок. Но многие торопились, не выдерживали напряжения, поэтому в каждую такую вылазку наши несли потери.

- Как со страхом боролись?

- Были свои методы. Помню, близится час атаки, запел жаворонок - я отвлекся, вспомнилось детство. Тут команда: «Приготовиться к атаке!». И в этот момент подкатывает чувство страха, но… дальше следует команда «Встать, вперед!», и, хоть и с трудом, но ставлю одну ногу, вторую, шагаю. Всё. Страх от меня ушел - смотрю, куда мне двигаться дальше, нахожу цель. А когда боевой работой занят - страх уходит. 

В 2010 году вышла книга Анатолия Стешина, посвященная фронтовым будням.
В 2010 году вышла книга Анатолия Стешина, посвященная фронтовым будням. Фото: АиФ/ Александр Губарев

Конечно, пришлось испытать многое. Была еще разведка боем – и об этом виде боя мы, молодые солдаты, слышали впервые. Необходимо было броском преодолевать нейтральное поле, вынуждая противника перейти к активным ответным действиям. И тогда наша артиллерийская разведка получает возможность засечь его огневые точки и подавить их ответным огнем.  Сил и людей не щадили, первая разведка боем, в которой я принял участие, окончилась успешно - на следующий день все войска 3-го Белорусского фронта смогли перейти в наступление. Правда, от роты численностью 68 человек осталось в строю только восемь. За тот бой нас не наградили. Это было обычным явлением - солдат выполнял боевую задачу, но награды получали офицеры, которые подчас всего лишь наблюдали за боем. Обиды не было, а вот сожаление присутствовало.

Шестое чувство 

- Ранения были? 

- Я везучий - за всю войну получил всего три ранения. Но несколько раз был на мушке у смерти. Думаю, мне повезло потому, что я был готов. И не только морально. Мы были воспитаны так, что рвались в армию, и нас готовили к ней. Боевой подготовке в советской школе уделялось огромное  внимание – уже в 6-м классе мы изучали винтовку, устройство двух гранат - Ф1 и «царского» образца, поэтому знали, как ими пользоваться. 

К тому же, оказалось, что я неплохо умею анализировать ситуацию. В боевых буднях проявлялись удивительные качества нервной системы, которые в обычной жизни мы не заметили бы. Помню случай, произошедший в  июле 1944 года. Я остановился покурить с приятелем на холме, под развесистым деревом. Вдруг что-то меня насторожило. Обстановка  как будто напомнила мне эпизод из моей ранней военной жизни, когда пуля снайпера убила советского бойца. Я, подгоняемый необъяснимым беспокойством, резко отбежал в сторону... Оглянулся. И на месте моей остановки увидел оседающую от взрыва упавшей мины землю. Успел! А буквально месяц спустя я опять чудом избежал смерти, повинуясь внутреннему голосу, который приказал мне встать и отвернуться. Мгновение – и на том месте, где я стоял, пуля сбила ветку. Я нашел потом ответ этим, как тогда казалось, необъяснимым явлениям - есть данные, что человеческий мозг может издавать электромагнитные волны, которые способны достигать другого человека. Выходит, я просто почувствовал снайпера, который целился в меня, и это меня спасло.

Силы мне всегда давала и смоленская земля. Я уверен: лучшая природа - только на Смоленщине, и здешние красоты не сравнить ни с чем. Только здесь так ярко светят звезды и луна, что мне порой хотелось прыгнуть на небо, повиснуть на Луне и кататься вокруг Земли

- Когда для вас закончилось война?

- Весной 45-го меня вместе с сослуживцами отправили на Дальний Восток. Осенью  пришел приказ о демобилизации молодых фронтовиков, имеющих три ранения. Я воодушевился, ведь на руках были как раз три справки, и по возрасту я подходил. Однако «засчитывались» лишь справки из госпиталя, а как раз третью справку мне выдали в санбате в Каунасе, когда я проходил там лечение после ранения в плечо. И меня домой не отпустили. Оставили еще на пять лет.

- Домой, наверное, сильно хотелось?

- Спрашиваете! Я едва взглянув на Владивосток, про себя отметил - копия Смоленска, аж сердце заныло. Потом была служба на побережье Ледовитого океана, где советским солдатам предстояло пройти суровейшее испытание не только холодом, но и голодом. Приморский край очень красивый, но климат там ужасен. Дождь, если пойдет, то на две недели. Малина - красная и аппетитная, но едва возьмешь в рот, сразу выплевываешь - слишком горькая и кислая. А досыта не наедались-то. Помню, вызвал меня помощник командира взвода. А я еле на ногах держусь. Меня посылают в санчасть, я захожу туда и падаю в голодный обморок.

Анатолий Григорьевич сумел начать новую жизнь после войны и исполнил свои мечты, казалось бы, перечеркнутые в юности.
Анатолий Григорьевич сумел начать новую жизнь после войны и исполнил свои мечты, казалось бы, перечеркнутые в юности. Фото: АиФ/ Александр Губарев

Мечты сбываются 

- А после войны кем трудились?

- После войны я устроился на работу кочегаром в паровозном депо. Условия труда - адские. Из 10 человек, вновь принятых на работу, через неделю остаются только двое, остальные не выдерживали, увольнялись. Поезд «Витебск – Смоленск» - 140 километров пути. Пока тонн 200 угля перешвыряешь, топку почистишь несколько раз… И после поездки идешь домой, пошатываясь от усталости. А вымывался только в период отпуска: пыль, копоть настолько въедались в лицо, что умоешься вечером с хозяйственным мылом,  а наутро встаешь – опять весь черный. Думал, поработаю немного и тоже уйду. Сначала хотел доработать до конца недели, дотерпеть до конца месяца, года. В итоге проработал тринадцать с половиной лет. А потом? Потом пошел учиться.

- Решили все-таки закончить школу? 

- И не только школу. В 1964-м поступил в 7-й класс, в вечернюю школу. Устроился на маневренный паровоз в Ярцеве, сменный график давал возможность больше быть дома и учиться. Наладился быт - дали комнату в бараке, женился. В 1970-м, после окончания школы, поступил в МГУ, заочно, на исторический. Это близко к журналистке. А меня с детства прочили в «репортеры», несмотря на то, что я  писал сочинения на тройки, мои работы носили по классам, читали. 

Поработал учителем, а спустя несколько лет мне предложили место директора сельской школы. Там березовая роща, соловьи. И моя мечта, наконец, сбылась – я стал писать очерки в местные газеты. Любил заниматься спортом. Именно физподготовка, да здоровый образ жизни помогли мне дожить до такого возраста. До 65 лет я каждое утро совершал 5-7 - километровую пробежку, а до 70 лет не расставался с гантелями и лыжами, занимался боксом. В 45 лет бросил курить, и уже давно не беру в рот ни капли спиртного. Силы мне всегда давала и смоленская земля. Я уверен: лучшая природа - только на Смоленщине, и здешние красоты не сравнить ни с чем. Только здесь так ярко светят звезды и луна, что мне порой хотелось прыгнуть на небо, повиснуть на Луне и кататься вокруг Земли.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах
Роскачество