aif.ru counter
1096

В активном поиске. Супруги-приставы сделали вахту памяти семейным хобби

Судебный пристав из Смоленска Инна Прохорова вовсе не против, когда муж проводит отпуск не с ней. Потому что она тоже в свой «очередной трудовой» уезжает часто от семьи. Супруги Инна и Андрей Прохоровы вместе трудятся в управлении судебных приставов по Смоленской области. Здесь познакомились, влюбились друг в друга, а три года назад сыграли свадьбу. Но их объединяет не только место службы: на двоих у них больше 10 лет стажа поисковой работы. Как признаются супруги, совместная деятельность и общие интересы только укрепляют их союз. Не надо объяснять второй половинке, зачем тратить личное время на поиски останков совершенно незнакомых тебе людей. «Это наш долг перед павшими, перед их близкими и потомками. Отдаем всей семьей», - говорят Инна и Андрей.

Своя история, своя трагедия

Андрей Прохоров пришел в поисковый отряд управления федеральной службы судебных приставов имени Феодора Стратилата четыре года назад. Он признается, что еще со школьной скамьи интересовался историей, особенно малой родины - Смоленского края. Немало времени провел за изучением книг и материалов, связанных с историей Великой Отечественной войны и проходивших на территории Смоленщины боевых действий.

«Участие в поисковой работе позволяет мне узнать что-то новое. Скажем, многим известно, что во время войны советские войска использовали аэросани. Но первый и единственный бой, в котором они участвовали, произошел на Смоленщине — в Сычевке - этот факт я узнал, когда был на раскопках», - рассказывает Прохоров.

Но не только страсть к истории толкнула молодого человека к участию в поисковой деятельности. Родители Андрея назвали сына в честь деда, пропавшего без вести в начале войны. Тот служил в Бресте, в погранвойсках, и оказался в числе первых, кто принял на себя удар врага.

«Мы не знаем, где он захоронен. И его останки до сих пор не найдены. Но я надежды не теряю. Есть множество примеров, когда поисковики находят могилы или останки незахороненных родных» - говорит Андрей.

Инна и Андрей вместе работают судебными приставами, и вместе занимаются поиском останков павших воинов. Фото: Из личного архива

У Инны в семье тоже была своя история и своя трагедия.

«До сих пор очень хорошо помню свою первую поисковую командировку. Пункт назначения – Новгородская область, откуда родом был мой дедушка. С дрожью в голосе он рассказывал мне, как на глазах у него, 17-летнего подростка, немцы сожгли заживо мать и сестру, согнав их в баню вместе с односельчанами. Самого дедушку должны были отправить на работы в Германию, но он сбежал, и ушел воевать к партизанам. Мы нашли ту самую деревню, и, поверьте, невозможно было удержаться от слез», - вспоминает Инна.

«Черные» копатели и мистика

Андрей и Инна рассказывают, что задолго до открытия Вахт памяти в поисковых отрядах УФССП проходят сборы, во время которых их участники сверяют графики Вахт со своими отпусками, с графиками областного центра героико-патриотического воспитания «Долг». С этой организацией приставы - поисковики плотно и давно сотрудничают. Участие в поисковых работах — дело пусть и благое, но добровольное. И возможно лишь в свое личное время, то есть в отпусках. Как правило, приставы уезжают в «поля» на 10—14 дней, потом на смену одной группы прибывает следующая. Перед выездом на местность, конечно, проводится большая работа с документами, поисковики сидят в архивах, ищут информацию в интернете. Помогают и местные жители – те, кто что-то знал, или помнит из рассказов родных. К сожалению, не всегда эти сведения подтверждаются, и огромная работа оказывается проделанной зря.

Случается, что местные негативно относятся к поисковикам и не скрывают своего отношения, полагая, что не надо тревожить прах бойцов. Свою лепту, увы, вносят и так называемые черные копатели.

«Приезжаешь на место и видишь, что здесь уже кто-то был. Черные копатели уносят все ценное, а кости для них ценности не представляют. Но не все они циники – не раз и не два случалось, когда копатели сами подходили к нам и указывали на место, где покоятся останки, - рассказывает Андрей. – Случаются и мистические вещи. Мой коллега рассказывал, как ему приснился незнакомый солдат, словно посланец той войны. Мужчина потом долго не мог уснуть и решил ранним утром сходить на рыбалку, взял лопату, чтобы накопать червяков, всадил в землю … и наткнулся на останки солдата».

«Самое страшное, когда их никто не ищет»

В арсенале поисковиков Прохоровых — лопата, щуп, металлоискатель, и особая поисковая «чуйка»: когда шестым чувством ощущаешь, что именно здесь что-то должно быть. Мужчины, конечно, берут на себя физически более тяжелую работу, женщинам достается более кропотливая, но и самая ответственная миссия – перебирать кусочки глины и грязи руками, порой в холод и под проливным дождем. Чтобы не пропустить все то, ради чего и ведется поисковая работа: медальоны, личные вещи и кости солдат. Иногда им везет – и то, что они ищут, находится буквально на поверхности, под слоем перегнившей листвы. Чаще всего все же приходиться копать вглубь, метр за метром.

«Я помню все Вахты памяти, в которых принимал участие. Но один момент меня сильно потряс. Это случилось при раскопках под деревней Магалинщина Смоленского района. Там мы обнаружили останки бойца, скрученного колючей проволокой со свиньей — так фашисты издевались над нашими», - вспоминает Андрей Прохоров.

«Мы находили останки бойца, которого буквально разорвало корнями выросшего на покрывшем его слое земли дерева, и полусгнившую землянку с бойцами. Меня всегда поражало, что столько лет останки лежат в земле, и никто их не ищет», - говорит Инна.

Отпуск на раскопках супруги Прохоровы не променяют ни на один курорт. Фото: Из личного архива

Риск ради памяти

Андрей и Инна говорят – жалко, но большинство павших так и остаются безымянными. Лишь примерно в 5% случаев удается восстановить имена убитых на войне. Многие знают, что у бойцов существовало поверье: оставишь записку в медальоне — можешь не вернуться с поля боя, поэтому зачастую солдаты не брали с собой помеченные личные вещи. Для поисковика - большая удача, если с останками бойца удается отыскать ложку или часы с надписью. Но и это может быть ложным следом. Такие предметы порой передавались друзьям на память, и не всегда могут достоверно рассказать об их обладателе. Да и восстановление надписи бывает просто невозможной задачей. Существует даже целая наука, как вскрывать медальоны и читать находящиеся там послания из прошлого века. Но иногда эти записки словно назло рассыпаются на глазах, не давая поисковикам ни малейшего шанса узнать, кому она принадлежала.

Вместе с останками бойцов, говорят супруги Прохоровы, можно отыскать и опасные находки. И тут важно соблюдать требования безопасности, инструктаж по которым ежедневно перед началом работ проводится с поисковиками. Поскольку любое неосторожное движение способно привести к беде. Снаряды, хоть и пролежали в земле семь десятилетий, способны преподнести сюрприз.

«Мы вместе три года подряд работали с поисковиками из другого российского региона, а на четвертый год ребята не приехали – нам сказали - они подорвались на мине», - рассказывает Инна.

Именно поэтому вместе с поисковиками дежурят спасатели, полицейские, медики. А родные всегда беспокоятся, провожая Инну и Андрея на сборы. При это прекрасно понимая, зачем они рискуют.

«Знаете, когда мы получаем самое большое удовлетворение от нашей работы? Когда удается найти родственников бойца. И когда его внуки и правнуки, которые даже в глаза не видели своего деде и прадеда, приезжают и отдают ему дань памяти. Так и должно быть», - говорят супруги Прохоровы.

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах