aif.ru counter
940

Русская американка Ира Куликова возвращается в Смоленск, чтобы найти своего последнего брата

Фото из архива Ирианы Стимак

Смоленск, 20 ноября - АиФ-Смоленск.

Вспомнить все

Порой жизнь преподносит нам такие сюрпризы, которые трудно представить даже в самом невероятном воображении. И тогда понимаешь, что пестрые голливудские сюжеты с их страстями и драмами, в общем-то, ничто, по сравнению с обычной жизнью, которая происходит совсем рядом.

Так было и тихом провинциальном Смоленске, где порой кажется, что жизнь замирает под томящими лучами летнего солнца. В минувшем августе в наш город приехала американская семья: Дебби и Ириана Стимак. 16 лет назад Дебби удочерила Ириану (дома она зовет ее Ирой) и ее сестру Нину.

На тот момент Ире было всего шесть лет. Из всех документов о ее прошлом, у нее был лишь письменный отказ ее биологической матери от нее, копия паспорта и свидетельства о рождении.

«Я, Куликова Татьяна Николаевна, 1954 года рождения…. отказываюсь от своей дочери…», - это был самое красноречивое свидетельство о жизни Иры в России до удочерения. За годы жизни в Америке Ира полностью забыла русский язык и теперь приехала в абсолютно чужую страну. Она страстно хотела отыскать свои корни, хоть одним глазом увидеть своих родственников. Пусть, не с первого раза, но она добилась поставленной цели и во многом изменила свое отношение к нашей большой стране.

Брат и отец

В самом начале Дебби и Ира хотели ли посмотреть те места, где Ира провела свое детство, посетить пару приютов, но в итоге им удалось совершить самое настоящее путешествие в прошлое. Сначала в Жуковском психоневрологическом интернате под Смоленском нашелся брат Иры Илья, всего у ее матери Татьяны официально было четверо детей: два мальчика и две девочки, в свое время все они оказались в разных приютах. Брат оказался психически больным человеком. 

- Когда я удочеряла Иру и Нину, то забирала их из разных приютов, - вспоминала Дебби.

Илья сестру, конечно, не узнал, в тот момент он вообще слабо понимал, что происходит вокруг, только нервно дергался и вырывался из рук медсестры, которая крепко держала его и не давала встать.

- Вообще он может быть достаточно буйным, переворачивать кровати, бить стекла и других пациентов, - говорила медсестра, а потом обращалась к нему. – Успокойся, Ильюша, успокойся. – Она держала руку огромного двухметрового парня 23 лет отроду, самого молодого в медучреждении. 

От такой встречи Ире и Дебби стало в большей степени тяжело, чем легче, успокаивало только то, что они смогли найти одного из ее родных братьев.

Последующие поездки по детским домам подсказали им название деревни, где жили ее родители Яков и Татьяна. Найти дорогу в деревню Какушкино Сафоновского района с помощью навигатора не составило труда, среди десятка местных жителей нашлись те, кто помнил родителей Иры. Оказалось, что ее мать давно умерла, а отец в одиночестве живет за лесом.

Ира бежала по лесу, утопала в нереальной грязи, вытаскивала ноги и снова бежала, пока не увидела стадо коров и старого мужчину, стоявшего между ними.

- Похожа ты на мать, но нет, не моя ты дочь, - долго отпирался 75-летний Яков, но когда он отдавал ей бумажку со своим адресом, то вдруг внезапно обнял ее и прошептал. – Доча моя.

Неизвестной оставалась судьба только одного ее самого старшего брата Сергея.

400 километров по-английски

Ира уехала и обещала вернуться, но никто не ожидал, что это произойдет так быстро. В итоге ее самолет приземлился в Москве хмурым ноябрьским днем, она взяла на прокат машину и рванула в Смоленск. Такого лихачества не ожидал никто. Трудно было поверить, что 22-летняя девушка, которая уверенно знает по-русски только «привет» и «спасибо», сможет совершить такое путешествие в одиночку. В тот день на ее страничке в «Фейсбуке» появилась следующая запись:

«Сколько еще русских понадобится Ире, чтобы заправить машину?»

Через два дня, когда она вышла на связь в Смоленске, оказалось, что с момента приземления в Москве с Ирой произошло множество удивительных приключений. Во-первых, ей действительно было сложно банально заправить машину. На заправках на «москва-минке» она никак не могла найти человека, который хоть немного понимает английский. Заправиться ей помогало 11 водителей.

- Самое ужасное, что они кричали на меня по-русски (начнем с того, что на слух это достаточно грубый язык), - описывала Ира свои подорожные приключения в соцсети. – Но так, кажется, я начинаю их лучше понимать, хотя все это очень унизительно.

В деревню, в глушь

На полпути в Смоленск Ира свернула в сторону Издешково и отправилась в деревню своего отца. Трудно сказать, рад ли он был ее видеть, но не мог сказать ей ни слова из-за языкового барьера. Иногда от бессилия он начинал кричать, как будто это поможет ему докричаться, но ничего не помогало.

Каким-то образом в деревне Ира смогла познакомиться с главой Игнатковского сельского поселения Ольгой Колбиной. Женщина немного говорила по-английски и смогла проводить Иру на безымянную могилу ее матери, познакомила с местными жителями, которые ее знали. В конце концов, она еще и накормила свою «американскую землячку», помогла ей устроиться на ночевку. Не остался безучастным и отец Иры. Вместе со своим другом, он пытался собрать ей на дорожку банку варенья и пару десятков куриных яиц, но Ира в упор не понимала, как со всем этим ей следует проходить таможню в аэропорту, и можно ли потом все это вообще есть.

Более того, ее отец хотел было вместе с ней навестить ее брата Илью, его сына, в детдоме, но Иру отговорили от этого местные жители. В итоге, с братом она увиделась одна, в этот раз он чувствовал себя лучше. Они даже смогли погулять на улице.

Долгая дорога

В субботу утром мы с Ирой отправились на поиски ее старшего брата Сергея Куликова, о местонахождении которого не имели ни малейшего представления. Единственный документ, которым располагала Ира на тот момент, было извещение о том, что он выбыл из Ново-Никольского психоневрологического интерната под Вязьмой в Издешково. И было это в 2005 году.

По телефону в Издешково нам сообщили, что там он пробыл всего три месяца, но потом был переведен… неизвестно куда, бумаг о переводе не сохранилось. В Издешково предположили, что он может быть в Ново-Никольском интернате под Рославлем. Потому что только там живут те, кому больше 20 лет. Звонок в Рославль показал, что там такого человека нет.

Когда начали сверяться с картой, то поняли, что Рославле нет Ново-Никольского диспансера, а есть просто Никольский. Ново-Никольский существует под Вязьмой. Это несколько затруднило ситуацию.

Сначала решили ехать в Вязьму. Найдя Ново-Никольский диспансер, мы обратились к его сотрудникам. Они вспомнили брата Иры Илью, но никак не могли вспомнить Сергея. В картотеке они нашли его данные, но там значилось, что он переведен… и опять не сказано куда. Куликов Сергей Александрович 1985 года рождения снова ускользал от нас. Нам посоветовали ехать в Рославль.

- По возрасту он может быть только там, - развели руками врачи.

В дебрях Смоленщины

Несмотря на предостережения сотрудников интерната, мы рванули в Рославль по короткой дороге, через Сафоново, Дорогобуж и Ельню. Дорога была почти сносной - всего 20 километров грунтовки после Новоспасского - и снова нормальный асфальт. Хотя и это расстояние показались американке настоящим адом, всю дорогу она переживала о том, что мы будет делать, если нас вдруг что-то сломается.

Во время остановки в Ельне Ира купила в магазине пакетик собачьего корма, и начала рассыпать его всем близлежащим бродячим собакам, чем вызвала необычайное удивление прохожих. В Америке она - волонтер в собачьем приюте, и не понимает, почему в России столько много бездомных животных. Ее собственная собака дома слепая, глухая и страдает сахарным диабетом, два раза в день она колет ей инсулин.

В Рославле таксист подсказал нам дорогу к Никольскому диспансеру, и доехали мы достаточно быстро. Но там нас снова ждало разочарование, врачи сказали, что такого человека у них точно нет, и не было.

Ира приуныла, и, глядя на нее, врачи решили помочь, во что бы то ни стало. Они начали опрашивать своих пациентов. Из столовой нестройными рядами выходили молодые и старые жители этого учреждения, один только внешний вид которых навивал жуткую тоску и животное желание выть, Ира тихо всхлипывала.

Кто-то из пациентов вспомнил братьев, потом другой, пошли предположения. Из всего этого врачи выбрали два варианта, пошли к телефону, а потом вернулись и сказали следующее:

- Ну, считайте, что мы вам помогли, он в Дрюцке, - сказала врач.

Оказалось, он был совсем недалеко.

Дрюцк

Психоневрологический Диспансер в Дрюцке, бывшем когда-то помещичьей усадьбой, находится прямо в поселке. Мы нашли врачей, рассказали им всю историю, и они отвели нас к Сергею. Его вывели из комнаты, в лицо бросилось то, что в отличие от Ильи, с Ирой они почти не похожи, у них разные отцы.

- У него мамины глаза и брови моей сестры, но мы очень разные, - сказала Ира.

Врачи стали объяснять Сергею, кто к нему приехал, но он долго не мог взять это в голову. Нам сказали, что, в принципе, он хороший, много работает, правда, пьет по-черному.

Он долго бегал по коридору, что-то неразборчиво кричал. Потом вдруг вроде бы понял, что от него хотели, обнял Иру и сказал:

- Моя сестра, моя сестра, я хочу домой…

Через несколько минут он переключился на свою волну и стал просить деньги на водку. Врачи посоветовали не затягивать с прощанием, потому что оно может затянуться надолго.

Ира села в машину, он взялся за ручку двери и не отпускал ее. Ира сдала немного назад, не рассчитала… тут машина одним колесом съехала с насыпной дороги в болотце, передом села на водосточную трубу, которая лежала под насыпью, переднее колесо провисло. Теперь любое неосторожное движение сулило оторвать передок «ниссана». Допустить этого было нельзя, машина была в аренде.

Вокруг собралось много людей, но предложить ничего они не могли: домкрат просто мог утонуть в грязи, а приподнять тяжелую машину руками не получилось. Проезжавший мимо микроавтобус попытался вытянуть нашу машину, но лопнул трос. Газануть вперед не представлялось возможным из-за трубы. В итоге, решили сдать немного назад. Под днищем что-то скрипнуло, но авто сдвинулось с места удачно.

Ира выглядела расстроенной, такой развязки она точно не ожидала. Она призналась, что лучше бы Сергей забыл эту долгожданную встречу.

P. S. Назад в Смоленск мы ехали молча, в голове роились мысли, неужели все произошедшее было правдой. В магнитоле крутился диск с любимой музыкой Иры. Группа Fun, малоизвестна у нас, но в последнее время рвет хит-парады в Америке своим хитом We are young. В этой грустной лирической песне поется о том, что только молодость может изменить мир и зажечь сердца сотен тысяч людей, несмотря ни на что…

Tonight

We are young

So I set the world on fire

We can go brighter than the sun…

 

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)
Loading...

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах
Роскачество